…
Печатное слово привело человека в некую тупиковую ситуацию, где произошло столкновение подвижного и живого с чем-то застывшим и напоминающим мертвое. Если посмотреть на те или иные понятия с позиции конкретного человека, то можно заметить как их значения постепенно прорастают в сознании, наполняясь всё большими смыслами и изменяя значимость. Что-то похожее происходит и в культуре, которая по мере становления придаёт разного рода динамику, культивируемому в её составе языку и его семантическим единицам. В живой речи смыслы передаются не только значениями слов, но и много ещё чем, где одно и то же слово скорее указывает на суть, нежели нечто обозначает. Суть же не только понимается, но и ощущается воспринимающим человеком, что существенно расширяет пределы её значения. В написанном слове, мы имеем только смысл, для передачи значимости приходится ещё очень много чего прояснять, что в итоге часто искажает понимание, обычно в сторону редуцирования, а иногда и подмены. Стоит отметить, что взаимодействие с написанным в какой-то степени делает человека буквальным, подталкивая к логическому восприятию языка, с точными значениями и взаимосвязями в соответствии с установленным каноном. Слово застывает, являя нам некое зафиксированное значение, которое в дальнейшем требует определенной квалификации при адаптации к изменчивой жизни, то есть оно перестает расти как в культуре, так и в сознании отдельного человека.
«Застывшие слова во многом способствуют тому, что и человек начинает терять жизненную подвижность, постепенно застывая вместе с используемым им языком» – наблюдение из жизни
Не каждый человек способен ясно различать разницу между словом и понятием в зависимости от того или иного контекста. Порой люди слишком требовательны и подходят к дискурсу со стороны скорее понятия, требуя или ищя всякого рода соответствия канону, но практика показывает, что в большинстве случаев – это риторическое поле, где никакой однозначности нет, а есть лишь указание или намёк. Последнее редко когда бывает буквально – это скорее метафора или производная, где одно говорит о чём-то другом, иногда похожем или приблизительном, а чаще значимом. Допуская определенную жизненность в трактовках тех или иных суждений, мы чуть мягче смотрим на транслируемые ими смыслы, рассматривая их в истории произрастания из доступного нам прошлого в творимый сюжет настоящего, оглядываясь при этом на то, что можно было бы назвать как вечное.
«Нечто проходит сквозь время и являет собой суть, что не совсем понятие, а скорее специфическая взаимосвязь, возникающая при том или ином взаимодействии, но это вовсе не говорит о её абсолютной незыблемости» – опыт наблюдения